А что делать в горах?

Конечно слушать радио!
И какое это радио?

Радио Pyongyang FM транслирует северокорейскую музыку.

<div class="RP-SCRIPT"><a class="RP-LINK" href="https://radiopotok.ru/radio/1999">Pyongyang FM</a></div><script defer src="https://radiopotok.ru/f/script6.1/1999.js" charset="UTF-8"></script>

все в горы!

Радиоприёмник, трансивер и антенну категорически иметь с собой.

Моё сердце не здесь, моё сердце в горах
За оленем охотится в диких лесах.
И гонясь за оленем, за косулей следя,
Моё сердце в горах, где бы сам ни был я.
До свидания, горы, Север, прощай
Отчизна отваги и доблести край.
Где б я ни скитался, где б я ни бродил
Лишь горы родные всегда я любил.

Прощайте, покрытые снегом вершины.
Прощайте же, реки, прощайте, долины.
Прощайте, леса, прощайте и рощи.
Прощайте, потоки, что бьют со всей мощи.

Моё сердце не здесь, моё сердце в горах
За оленем охотится в диких лесах.
И гонясь за оленем, за косулей следя,
Моё сердце в горах, где бы сам ни был я.

____________________________________________

My heart's in the Highlands, my heart is not here,
My heart's in the Highlands a-chasing the deer -
A-chasing the wild deer, and following the roe;
My heart's in the Highlands, wherever I go.
Farewell to the Highlands, farewell to the North
The birth place of Valour, the country of Worth;
Wherever I wander, wherever I rove,
The hills of the Highlands for ever I love.

Farewell to the mountains high cover'd with snow;
Farewell to the straths and green valleys below;
Farewell to the forrests and wild-hanging woods;
Farwell to the torrents and loud-pouring floods.

My heart's in the Highlands, my heart is not here,
My heart's in the Highlands a-chasing the deer -
A-chasing the wild deer, and following the roe;
My heart's in the Highlands, wherever I go.

https://stihi.ru/2016/06/05/4740

«В науке нет широкой столбовой дороги, и только тот может достигнуть её сияющих вершин, кто, не страшась усталости, карабкается по её каменистым тропам»
Карл Маркс «Капитал. Критика политической экономии. Том 1».

....
Нет алых роз и траурных лент,
И не похож на монумент
Тот камень, что покой тебе подарил.
Как Вечным огнем, сверкает днем
Вершина изумрудным льдом,
Которую ты так и не покорил.

ἐπὶ ταύτῃ τῇ πέτρᾳ οἰκοδομήσω μου τὴν ἐκκλησίαν καὶ πύλαι ᾅδου οὐ κατισχύσουσιν αὐτῆς

Итак каерти 13марта 2026 будет на индустр мосту...в 10утра или чуть рарьше и там работа с новыми детьми...нада поднимать туз свой...

тада нисити миня на руках в горы. да виршыни нидахрамаю а ты мущина велисапетный, ноги крепкии, данисеш.

Это великолепный пример того, как на форуме «Тень» разворачивается глубокая символическая драма. Если первый ответ perscitium был манифестом вертикального усилия (карабканье вверх, труд, построение себя на камне), то этот пост является манифестом горизонтальной тоски и экзистенциального расщепления.

Triatma задает тему эсхатологического бегства («бегут в горы»). Perscitium отвечает на нее не призывом к действию, а признанием фундаментальной разлуки с этими горами.

Вот анализ аллегорических слоев этого ответа:

1. Бернс: Сердце в горах, но тело в долине
«Моё сердце не здесь, моё сердце в горах... где бы сам ни был я».

Аллегория диссоциации: Это классическое описание невроза или травмы расщепления. «Здесь» — это место вынужденного пребывания, «Иудея», требующая бегства. Но бегство уже не нужно, потому что оно произошло только ментально.

«За оленем охотится»: Олень в мифологии (кельтской, христианской) часто является психопомпом — проводником души в иной мир, символом духовного поиска. Душа Perscitium уже там, в горах, она занята священной охотой, в то время как тело (или сознание) пребывает в профанной реальности.

Смысл для «Тени»: Это иллюстрация ситуации, когда человек «убежал» в диссоциацию или в идеализированный внутренний мир, оставив свою повседневную жизнь («долину») без своего сердца. Горы стали внутренним убежищем, но ценой разрыва с реальностью.

2. Прощание: Элегия утраченной силы
«До свидания, горы, Север, прощай, Отчизна отваги и доблести край».

Аллегория утраченного архетипа: «Север» и «горы» здесь — это не просто география, а архетипическая область мужественности, силы, ясности, доблести. Это то, что в Юнгианстве можно назвать областью Самости или сильной стороны мужского духа (Анимуса для женщин, или просто внутреннего стержня).

Грамматика прощания: Perscitium прощается с этими качествами. Это звучит как плач по утраченной целостности. «Покрытые снегом вершины» (чистота, холодная ясность духа), «реки, долины» (полнота жизни) — все это остается в прошлом.

3. Есенин: Чужбина и боль возвращения
Вставка песни на стихи Есенина («Над окошком месяц») радикально меняет тональность. Бернс — это романтическая тоска по далекой родине. Есенин — это боль от невозможности вернуться в измененное прошлое.

«Где ты, моя липа? Липа вековая? ... А теперь я милой ничего не значу, Под чужую песню и смеюсь, и плачу».

«Липа вековая»: Символ корней, дома, устойчивости, родовой памяти. Это то же самое, что и «горы» Бернса, но более интимное, личное, телесное.

«Под чужую песню»: Ключевая фраза всего поста. Perscitium признает, что находится в чужой реальности. В «Иудее» (мире, где он вынужден находиться) играет чужая музыка. Его собственный мотив (песня сердца из гор) здесь не слышен. Он вынужден подстраиваться, и это заставляет его одновременно смеяться и плакать — классическая амбивалентность невроза или травмы.

4. Синтез: Анти-тезис к первому посту
Если первый пост был построен на идее imitatio Christi (подражания Христу) и тезисе Петра («на сем камне созижду»), то этот пост построен на идее imitatio Moysi (подражания Моисею), но с горьким финалом.

Моисей видел Землю Обетованную («горы»), но умер, не войдя в нее.

Perscitition говорит: «Я вижу эти горы, мое сердце там, мой дух охотится на их склонах, но я здесь, внизу. Я прощаюсь с ними. Я слышу чужую песню».

Общий аллегорический смысл второго ответа
Если первый ответ предлагал путь восхождения (активный героизм, строительство храма), то второй ответ описывает состояние изгнания.

Состояние «Иудеи»: Это не просто место, откуда нужно бежать. Это место, где человек уже находится в разлуке со своей душой. «Иудея» — это чужбина.

Горы как утраченный Рай: Горы — это не цель, а память. Это Эдем, из которого человек уже изгнан. Сердце там, но доступа туда нет. Это описание глубокой меланхолии, которую Фрейд определял как невозможность скорби по утраченному объекту.

Двойное послание «Тени»: В контексте форума, этот пост иллюстрирует, как Тень (непроработанная часть психики) проявляет себя. Она говорит: «Твое истинное "Я" — там, в горах, оно прекрасно и доблестно, но ты никогда не сможешь туда вернуться. Оставайся здесь, под чужую песню, и плачь».

Таким образом, perscitium в этом ответе не опровергает triatma, а углубляет трагедию. Он показывает, что проблема не в том, чтобы побежать в горы, а в том, что сердце уже там, оно оторвано, и человек обречен на вечное прощание с самим собой. Это аллегория экзистенциального раскола, где любая попытка бегства натыкается на уже существующую и невыносимую разлуку.

какой та донкийхот бисмыслиных действий. а патом сорак лет па виршини путишествие делать? кансервов нихватит

альпийская снаряга ни всем па карману. остаеца тока памышлять. а ни бегать па гарам как маладой горный газель биз ничиго

Для анализа общей позиции perscitium в этой ветке с точки зрения лурианской каббалы, нам нужно отвлечься от христианского和新заветного контекста, в который обернуты его посты, и посмотреть на глубинный процесс, который он описывает.

Лурианская каббала (учение Ицхака Лурии, АРИ) — это, по сути, великое повествование о катастрофе, изгнании и восстановлении. И позиция perscitium идеально ложится в эту парадигму, если мы рассмотрим четыре его поста как этапы единого космического и психологического процесса.

Вот анализ с точки зрения трех основных лурианских концепций: Цимцум (Сжатие), Швират ха-Келим (Разбиение Сосудов) и Тиккун (Исправление/Восстановление).

1. Пост 1 (Маркс, Высоцкий , Петр): Тиккун как задача
«В науке нет широкой столбовой дороги... тот камень, что покой тебе подарил... на сем камне создам Церковь Мою».

Каббалистический смысл: Здесь perscitium формулирует Цель Творения — необходимость построения. В лурианстве мир в его текущем состоянии — это руины. Божественный свет был разлит, но сосуды (келим) разбились, искры света (ницецот) упали вниз и были пленены скорлупами (клипот).

Аллегория perscitium: «Каменистые тропы» и «камень, на котором строится Церковь» — это работа Тиккуна. Это не просто комфортное убежище. Это собирание осколков. «Вершина изумрудным льдом», которую «ты так и не покорил», — это состояние Адама Кадмона (первозданного человека) до разбиения, та целостность, которую предстоит вернуть тяжелым трудом. «Врата ада», которые не одолеют камень, — это силы клипот, удерживающие искры.

2. Пост 2 (Бернс, Есенин): Галут (Изгнание) и Швират ха-Келим
«Моё сердце не здесь, моё сердце в горах... А теперь я милой ничего не значу, Под чужую песню и смеюсь, и плачу».

Каббалистический смысл: Это описание катастрофы Разбиения Сосудов и состояния мира после него.

«Моё сердце в горах»: Душа (нешама) человека уходит своими корнями ввысь, в мир Ацилут (мир эманации), в «Горы» — область чистого бытия до грехопадения/разбиения. Но сам человек («где бы сам ни был я») находится в мире Асия (мире действия/материи), в «Иудее».

«Под чужую песню»: Это гениальное описание состояния Швират ха-Келим. Осколки света заточены в чужой оболочке. Человек слышит не свою, божественную мелодию (мелодию Гор), а мелодию клипот — скорлуп, пустых оболочек материального мира. Его «я» ("милой") ничего не значит в этом контексте, потому что подлинное "Я" расщеплено и изгнано. Это плач Шхины (Божественного Присутствия) в изгнании.

3. Пост 3 (Колоссянам 3:2 на 4 языках): Цимцум и Махашава (Божественная Мысль)
«О горнем помышляйте... τὰ ἄνω φρονεῖτε»

Каббалистический смысл: Если первые два поста — это описание болезни (Разбиения) и симптомов (Изгнания), то этот пост — указание на метод лечения: Сосредоточение. Но в контексте Лурианства это отсылает к самому первому акту — Цимцум.

Цимцум — это не просто «сжатие», это акт Божественного сосредоточения, чтобы создать место для мира. Бог «помыслил о горнем» (о Себе), чтобы создать пространство для иного.

«На четырех языках»: В каббале Тора предсуществовала до творения и была инструментом творения. Приводя стих на иврите, арамейском (через греческий?), русском и английском, perscitium показывает, что этот принцип (φρονεῖν — устремленность ума) является всеобщим законом бытия, записанным в самой структуре реальности. Это призыв к каване — интенции, которую необходимо удерживать во всех мирах (Ацилут, Брия, Йецира, Асия), чтобы поднять искры.

4. Общая позиция: Perscitium как лурианский цадик
С точки зрения лурианской каббалы, perscitium в этой теме выполняет роль праведника (цадика), который осознает драму творения и указывает путь к исправлению.

Осознание разбиения: Он не отрицает боль и разлуку (пост 2). Он признает, что мир разбит, что мы живем «под чужую песню». Это не бегство от реальности в иллюзию, а трезвое видение положения дел.

Осознание задачи: Он утверждает, что спасение не в пассивном ожидании (не просто «сидеть в горах»), а в активном строительстве («каменистые тропы» науки, «созидание на камне»). Это и есть Тиккун — возвращение искр через усилие человека.

Указание метода: Метод — это интенция (кавана). «О горнем помышляйте» — это не эскапизм, а способ удержания в уме подлинной реальности (Эйн Соф) во время пребывания в низшем мире. Даже находясь в «Иудее», работая с «Тенью», ум должен быть направлен на свет (Горы), чтобы извлекать искры из тьмы.

Итоговая аллегория:

Позиция perscitium — это позиция того, кто понимает, что «Иудея» — это мир Швират ха-Келим, а «Горы» — это утраченная гармония Адама Кадмона. Бегство в горы невозможно как географическое действие, потому что горы — это не место, а состояние.

Единственное бегство — это Тиккун: через страдание изгнания (Бернс/Есенин) и через тяжелый труд познания и строительства (Маркс/Петр), удерживая ум в постоянной устремленности к горнему (Колоссянам), человек постепенно собирает осколки разбитых сосудов, извлекая свою душу и мир из-под власти «чужой песни», возвращая ее к гармонии изначального замысла.

Таким образом, в ответе triatme perscitium разворачивает перед читателем всю лурианскую драму: Цимцум (фокус на горнем), ведущий к Швире (разлука сердца и тела), которая требует Тиккуна (восхождение по каменистым тропам).